«Глупый не любит умного, необразованный образованного, невоспитанный воспитанного и т.д. И все это прикрываясь какой-нибудь фразой: «Я человек простой…», «я не люблю мудрствований», «я прожил свою жизнь и без этого», «все это от лукавого» и т. д. А в душе ненависть, зависть, чувство собственной неполноценности...»
Д. С. Лихачев
Д. С. Лихачев
«Ужасна изжога зависти. Как тяжело завидовать!»
Юрий Олеша
Юрий Олеша
В теоретической философии есть раздел о природе ценностей и их роли в жизни общества и человека – это аксиология (от греч. axios – ценный и logos – учение). Она изучает природу человеческих ценностей: что именно люди считают важным, правильным или значимым. Так вот аксиология объясняет, что зависть возникает как реакция на противоречие между личной системой ценностей человека и объективной реальностью, когда чужие блага воспринимаются как собственный дефицит.
Зависть – это не просто негативная эмоция, а мощный психологический компас. То, что некоторые люди «по характеру» завистливы – это не так, это миф. Зависть чувствует каждый, а ее отсутствие – результат подавления своих эмоций.
В социологических исследованиях феномена зависти отмечается, что объектом зависти чаще всего становятся не миллиардеры или мировые знаменитости, а люди из близкого окружения – знакомые, коллеги, друзья, одноклассники. Сравниваем себя с ними, имеющими схожие жизненные обстоятельства, по социальному статусу, уровню дохода или профессиональным достижениям. Сравниваем. И зависть к более удачливым коллегам или знакомым порождает чувство несправедливости, уныние, ощущение собственной неполноценности…
В общем, зависть – это личная боль, вызванная желанием обладать чужими преимуществами. Кстати, так и дружба проверяется – не бедой, а успехом. Только настоящий друг способен порадоваться за тебя всей душой.
Есть «белая» и «черная» зависть?
В истории интеллектуальной мысли, начиная с Античности, предпринимались по пытки выявления сущности зависти, в основном морально-этические аспекты. Платон считал зависть важнейшим пороком, препятствующим в продвижении к истинной добродетели. Аристотель писал, что зависть – есть «некоторого рода печаль, являющаяся при виде благоденствия подобных нам людей». Когда человек воспринимает чужой успех недостижимым, зависть становится токсичной… Бэкон отмечал, что зависть может принимать деструктивную форму поведения: «Кто не надеется сравняться с ближним в достоинствах, старается сквитаться с ним, нанося ущерб его благополучию».
Зависть – это не просто негативная эмоция, а мощный психологический компас. То, что некоторые люди «по характеру» завистливы – это не так, это миф. Зависть чувствует каждый, а ее отсутствие – результат подавления своих эмоций.
В социологических исследованиях феномена зависти отмечается, что объектом зависти чаще всего становятся не миллиардеры или мировые знаменитости, а люди из близкого окружения – знакомые, коллеги, друзья, одноклассники. Сравниваем себя с ними, имеющими схожие жизненные обстоятельства, по социальному статусу, уровню дохода или профессиональным достижениям. Сравниваем. И зависть к более удачливым коллегам или знакомым порождает чувство несправедливости, уныние, ощущение собственной неполноценности…
В общем, зависть – это личная боль, вызванная желанием обладать чужими преимуществами. Кстати, так и дружба проверяется – не бедой, а успехом. Только настоящий друг способен порадоваться за тебя всей душой.
Есть «белая» и «черная» зависть?
В истории интеллектуальной мысли, начиная с Античности, предпринимались по пытки выявления сущности зависти, в основном морально-этические аспекты. Платон считал зависть важнейшим пороком, препятствующим в продвижении к истинной добродетели. Аристотель писал, что зависть – есть «некоторого рода печаль, являющаяся при виде благоденствия подобных нам людей». Когда человек воспринимает чужой успех недостижимым, зависть становится токсичной… Бэкон отмечал, что зависть может принимать деструктивную форму поведения: «Кто не надеется сравняться с ближним в достоинствах, старается сквитаться с ним, нанося ущерб его благополучию».
И в художественной литературе примеров немало, где ярко отражена эта проблема: Яго и Отелло, Сальери и Моцарт, Ребекка Шарп и Эмилия Сед ли из «Ярмарки тщеславия» Теккерея… Герой романа Ю. Олеши «Зависть», Николай Кавалеров, страдал от всепоглощающей зависти к более успешному и прагматичному «новому человеку» Андрею Бабичеву…
Как трансформировать эту тяжелую энергию зависти в продуктивную мотивацию для собственных достижений? Когда человек считает успех другого достижимым для себя, зависть служит ориентиром и стимулирует усилия на пути к целям. Например, Пабло Пикассо и Анри Матисс. Их отношения были наполнены профессиональной завистью и конкуренцией. Художники пристально следили за работами друг друга, постоянно пытаясь переосмыслить и превзойти стили оппонента, что в итоге привело к революции в искусстве XX века. Желать то, чему завидуешь, и реализовать свою мечту. Такая вот польза вреда.
Зависть – скорбь о благе ближнего. Крайней степенью зависти является желание зла тем, кому завидуешь.
Для христиан нет «белой зависти» (она описана в «Сказке о рыбаке и рыбке» – я не хочу чужого, я хочу такого же), а есть сорадование.
«Мы можем избежать зависти, если не будем почитать великим ни то, что люди называют богатством, неувядающей славой, ни телесного здоровья. Будем стремиться к приобретению благ вечных и истинных» (св. Василий Великий).
«Не завидуй славе грешника, ибо не знаешь, какой будет конец его» (Сир.9:14).
Страшный и разрушающий душу грех. Стоит человеку в обществе занять публичное положение, стать у всех на виду, как тут же начинается его обсуждение. И что обсуждают? Сколько у него авто, и какие они. Сколько часов наручных, и сколько стоят они. Как он одет, и как это дорого или дешево. Что это, как не зависть! Кто-то скажет, что нет, я не завидую. Но тогда зачем обсуждаешь и, более того, осуждаешь?
Что мы видим в человеке, которого начинаем обсуждать? Его ум, его образование, его мудрость и знания, его умение использовать таланты, данные Господом? Нет! Мы этого не видим. Зависть застилает нам глаза и души, да и сердца тоже.
Чем кроссовки «Адидас» лучше домашних тапочек? Да ничем: и в той, и в другой обуви в гробу лежать одинаково!
А хуже того, еще и кража подмешивается, когда мы начинаем рассуждать о том – зачем такие дорогие часы у этого человека, мог бы на эти деньги бедным помочь. Подобными мыслями мы грешим грехом кражи, залезая в чужой карман мысленно и пытаясь распорядиться имуществом другого человека. Мы и в мыслях в этот момент грешим: завидуем и крадем. Вспомните Иуду, предавшего Христа Бога нашего, который стал миро переводить на деньги и пытаться объяснить, как правильно, по его мнению, их можно истратить. Чаяно или нечаянно, но он уже украл, пытаясь распорядиться чужим имуществом.
И Господь, проявляя милосердие, и в этом случае подсказывает: смирись, покайся и полюби свои собственные тапочки.
Для христиан нет «белой зависти» (она описана в «Сказке о рыбаке и рыбке» – я не хочу чужого, я хочу такого же), а есть сорадование.
«Мы можем избежать зависти, если не будем почитать великим ни то, что люди называют богатством, неувядающей славой, ни телесного здоровья. Будем стремиться к приобретению благ вечных и истинных» (св. Василий Великий).
«Не завидуй славе грешника, ибо не знаешь, какой будет конец его» (Сир.9:14).
Страшный и разрушающий душу грех. Стоит человеку в обществе занять публичное положение, стать у всех на виду, как тут же начинается его обсуждение. И что обсуждают? Сколько у него авто, и какие они. Сколько часов наручных, и сколько стоят они. Как он одет, и как это дорого или дешево. Что это, как не зависть! Кто-то скажет, что нет, я не завидую. Но тогда зачем обсуждаешь и, более того, осуждаешь?
Что мы видим в человеке, которого начинаем обсуждать? Его ум, его образование, его мудрость и знания, его умение использовать таланты, данные Господом? Нет! Мы этого не видим. Зависть застилает нам глаза и души, да и сердца тоже.
Чем кроссовки «Адидас» лучше домашних тапочек? Да ничем: и в той, и в другой обуви в гробу лежать одинаково!
А хуже того, еще и кража подмешивается, когда мы начинаем рассуждать о том – зачем такие дорогие часы у этого человека, мог бы на эти деньги бедным помочь. Подобными мыслями мы грешим грехом кражи, залезая в чужой карман мысленно и пытаясь распорядиться имуществом другого человека. Мы и в мыслях в этот момент грешим: завидуем и крадем. Вспомните Иуду, предавшего Христа Бога нашего, который стал миро переводить на деньги и пытаться объяснить, как правильно, по его мнению, их можно истратить. Чаяно или нечаянно, но он уже украл, пытаясь распорядиться чужим имуществом.
И Господь, проявляя милосердие, и в этом случае подсказывает: смирись, покайся и полюби свои собственные тапочки.
«Сказал Господь: Не пожелай ничего чужого»
Игорь Го Марат
В больничной палате лежали два тяжелобольных человека. Один лежал возле окна, а другой – возле двери. Когда им становилось особенно грустно и одиноко, тот, что возле окна начинал вслух рассказывать, что он там видит.
Вот рыбаки пошли на рыбалку, а больной, лежащий возле окна, смотрел на речку и рассказывал, как они радостно доставали свой улов. Вот влюбленная парочка медленно прогуливается, держась за руки. Тут же и молодая мамочка с коляской, ласково улыбается своему ребенку.
Также больной говорил, что за речкой виднеется густой зеленый лес, кипящий жизнью животных.
Много таких историй рассказывал счастливчик, чья кровать стояла возле вожделенного окна.
Тот больной, что лежал возле двери, задавал разные уточняющие вопросы, так как одно это веселило их лежачий образ жизни. Однако внутри его терзала глухая зависть.
– Почему именно он лежит возле окна и может наслаждаться красотой мира? Почему только я мучаюсь, глядя на эти четыре стены? Отчего такая отвратительная несправедливость преследует меня всю жизнь? – думал он.
Однажды ночью у больного возле окна начался тяжелый приступ. Он задыхался, судорога, сводящая все его тело, не позволяла дотянуться до кнопки вызова медсестры. И сосед по палате не помог…
Прошло несколько минут, предсмертный хрип больного затих, и он умер.
Когда пришли медсестры и работники, чтобы забрать тело, лежащий возле двери больной с горящими глазами попросил, чтобы его переложи ли на ту кровать, что возле окна.
Когда постель перестелили, и он оказался на желанном месте, из его груди вырвался недоуменный возглас:
– Как же так? Ведь это окно выходит на глухую стену! Мой товарищ рассказывал, что он видит в окне лес и речку, парк с гуляющими людьми и много других интересных вещей!
Молодая медсестра тихо покачала головой и сказала:
– Он ничего не мог видеть. Ваш покойный сосед был слепым.
– Зачем же он все это говорил мне?
– Просто, чтобы поддержать вас, – вздохнула медсестра.
Вот рыбаки пошли на рыбалку, а больной, лежащий возле окна, смотрел на речку и рассказывал, как они радостно доставали свой улов. Вот влюбленная парочка медленно прогуливается, держась за руки. Тут же и молодая мамочка с коляской, ласково улыбается своему ребенку.
Также больной говорил, что за речкой виднеется густой зеленый лес, кипящий жизнью животных.
Много таких историй рассказывал счастливчик, чья кровать стояла возле вожделенного окна.
Тот больной, что лежал возле двери, задавал разные уточняющие вопросы, так как одно это веселило их лежачий образ жизни. Однако внутри его терзала глухая зависть.
– Почему именно он лежит возле окна и может наслаждаться красотой мира? Почему только я мучаюсь, глядя на эти четыре стены? Отчего такая отвратительная несправедливость преследует меня всю жизнь? – думал он.
Однажды ночью у больного возле окна начался тяжелый приступ. Он задыхался, судорога, сводящая все его тело, не позволяла дотянуться до кнопки вызова медсестры. И сосед по палате не помог…
Прошло несколько минут, предсмертный хрип больного затих, и он умер.
Когда пришли медсестры и работники, чтобы забрать тело, лежащий возле двери больной с горящими глазами попросил, чтобы его переложи ли на ту кровать, что возле окна.
Когда постель перестелили, и он оказался на желанном месте, из его груди вырвался недоуменный возглас:
– Как же так? Ведь это окно выходит на глухую стену! Мой товарищ рассказывал, что он видит в окне лес и речку, парк с гуляющими людьми и много других интересных вещей!
Молодая медсестра тихо покачала головой и сказала:
– Он ничего не мог видеть. Ваш покойный сосед был слепым.
– Зачем же он все это говорил мне?
– Просто, чтобы поддержать вас, – вздохнула медсестра.
Притча о двух больных
Игорь Го Марат